Мир сидит на нефтяной игле

Как кризис в Персидском заливе банкротит Европу и влияет на Беларусь

Конфликт на Ближнем Востоке — это не только история про региональную безопасность, но и о том, как события в Персидском заливе влияют на мировую экономику.

Политика превалирует
Конфликт в Иране поставил под угрозу мировые финансовые и энергетические рынки. Перекрытие Ормузского пролива, остановка работы нефтеперерабатывающих заводов в Бахрейне, ОАЭ, Саудовской Аравии, удары по нефтехранилищам в Иране — всё это явно не добавляет оптимизма и европейцам. Шутка ли, поляки ездят заправляться в… Словакию (там дешевле). Эксперты отмечают: решить проблемы могло бы полное снятие санкций с российской нефти.

— Европейский союз проигрывает от этого конфликта, — отмечает депутат Палаты представителей Национального собрания Сергей Клишевич. — С ним попросту никто не считается. Даже их главный союзник — Соединённые Штаты Америки — явно не согласовал с ЕС свои действия в Иране. Мало того, принуждал к соучастию, а в ответ получал сопротивление. А что касается вопросов экономических, европейцев не слушают уже давным-давно. В каком положении окажется сегодня европейская экономика, не задумывается никто. Европа сама продумывает и просчитывает варианты выхода из ситуации, но политическая позиция всё же для них на первом плане.
Поэтому думать о том, что европейские политики и тамошние промышленные корпорации выстроятся за российским газом, не стоит. Упор, как мне кажется, будет сделан на строительство атомных электростанций и опять же на покупку сжиженного природного газа из Соединённых Штатов Америки. Они готовы пострадать экономически, главное, чтобы не подвергались сомнениям их политические взгляды.
Европа становится на колени
Однако речь идёт не только о нефти и газе. И ситуация на Ближнем Востоке лишь усугубила имеющееся положение вещей. Обозреватель «СБ. Беларусь сегодня» Павел Минченко отмечает, что введение Европой санкций против своих восточных соседей поставит их на колени. Становиться, впрочем, приходится ей.

— Причём, если, к примеру, в той же Германии страдали энергоёмкие предприятия, то в балтийских и скандинавских странах речь идёт об обычных жилых домах. Как так получилось? У Латвии и Финляндии не хватает дров и щепы, которые сравнительно недавно эти страны покупали у России.
В Латвии 50 процентов тепла и электроэнергии производится за счёт сжигания древесной щепы. Плюс к этому в 40 процентах домов стоят дровяные печи. Но ни для промышленного, ни для частного сектора зимой топлива не хватало, а ещё и цены стали расти. Если в начале отопительного сезона за тонну просили 220 евро, то сейчас цена дошла до 500. Парадоксальность ситуации в том, что Латвия числится среди крупнейших экспортёров топливных гранул, но продаёт их в основном в Великобританию. Власти Латвии даже не пытаются хоть как-то ограничить такой экспорт, чтобы внутренний рынок не страдал от дефицита и роста цен. Вместо этого политики рекомендуют жителям переходить на солнечные панели для самостоятельного производства энергии. В Финляндии ситуация чуть получше, нежели в Латвии. И это несмотря на то, что за последнее время страна столкнулась с колоссальными расходами древесного топлива — 50 процентов генерации происходит именно за его счёт. В прошлую мягкую зиму удалось накопить неплохие запасы. Но сейчас, как пишут местные СМИ, все резервы подчистую исчерпаны.
Ничего необычного

Впрочем, говорить о том, что конфликт на Ближнем Востоке и блокировка Ормузского пролива — это что-то из ряда вон выходящее, всё же не приходится. Политолог Юрий Шевцов предлагает изучить историю ­вопроса:
— Регион конфликтный, поэтому примерно каждые лет десять происходит паралич Ормузского пролива, что приводит к скачку мировых цен. Потом всё вновь успокаивается. В общем, ничего необычного.
Если посмотреть на предыдущие подобные ситуации, цены максимум увеличивались в 1,5 – 3 раза, а затем снова падали. Исключение — в семидесятые годы, когда скачок шёл с очень низкого уровня. Связано это с объёмами нефти, проходящей через Ормузский пролив. А ведь нефть, которую потребляет планета, проходит не только через него… Там чуть более 20 процентов. Поэтому глобальной катастрофы быть не должно. А вот паника быть могла.
Слагаемые выхода из кризиса

Относительно энергетической безопасности нашей страны и того, насколько сильно влияет на нас нефтяная ближневосточная лихорадка, доктор экономических наук Валерий Байнев считает, что белорусы за происходящими событиями наблюдают как бы со стороны. Именно так, подчёркивает он, проявляют себя практические результаты долгосрочной, тщательно продуманной государственной политики. Во-первых, по инициативе Главы нашего государства была осуществлена масштабная модернизация национальной экономики с целью повышения её эффективности. Использование передовых технологий и масштабные мероприятия по энергосбережению существенно повысили эффективность производства и снизили энергопотери в стране.
Во-вторых, сразу же после прихода к власти Александр ­­Лукашенко взял курс на интеграцию с братской Россией. Это обеспечило нашим предприятиям и населению стабильные поставки дешёвых по сравнению с мировыми ценами российских энергоресурсов. И наконец, в-третьих, ­­Президент Беларуси настоял на строительстве собственной АЭС.
В ноябре 2020 года опять-таки благодаря технологической и финансовой помощи братской России первый энергоблок БелАЭС начал свою работу. За 5 лет эксплуатации она выработала более 53 миллиардов киловатт-часов электроэнергии. Наряду с этим изобилие собственной электроэнергии дало возможность ускоренного развития электроиндустрии — производства электротранспорта, использования электричества для отопления, развития энергоёмких отраслей промышленности. Не говоря уже о том, что благодаря наличию ядерной энергии наша страна вошла в элитный клуб высокотехнологичных ядерных держав.